02.04.2013
tamara17

Добровольно-принудительный детектор лжи

14 марта  в Национальный реестр была включена Инструкция о порядке проведения опросов с использованием полиграфа, часто называемого “детектором лжи”. Юрист Lawtrend Тамара Сидоренко проанализировала, в каких ситуациях и по отношению к кому он может быть применен.

Согласно п.6 Инструкции опрос с использованием полиграфа может применяться:
1. при приеме на работу в  органы финансовых расследований Комитета;
2. в оперативно-розыскной деятельности;
3. при проведении служебных проверок  в отношении работников органов Комитета.

Пункты 1 и 3 предусматривают применение полиграфа при опросах будущих и настоящих сотрудников ведомства. Такая проверка уже проводится в других органах: например, в Госпогранкомитете, в МВД. Не так давно, в бытность Генеральным прокурором Республики Беларусь, Г.Василевич высказывал мнение, что считает возможным использование полиграфа для проверки госслужащих и должностных лиц на их причастность к коррупционным преступлениям. То есть, можно ожидать распространения такой практики и на другие ведомства.

В Инструкции указано, что ОИП (опрос с использованием полиграфа) проводится при добровольном согласии опрашиваемого лица, отказ от прохождения ОИП не влечет в отношении опрашиваемого лица никаких правовых последствий, ущемляющих его права, свободы и законные интересы. Однако можно ли представить соискателя работы принятым в Комитет, если он отказался от прохождения такого опроса? Можно ли думать, что в случае предложения пройти проверку у сотрудника действительно есть возможность отказаться – и не навлечь на себя некие оргвыводы начальства? Похоже, добровольное согласие здесь будет реализовано «добровольно-принудительно».

Особо обращает на себя внимание та часть Инструкции, где речь идет об опросе в процессе оперативно-розыскной деятельности. Этому опросу может быть подвергнут любой гражданин. Принцип добровольности провозглашается и здесь. Однако полные гарантии соблюдения прав граждан – отсутствуют.

В частности, в Инструкции нет четкого указания, какие права разъясняются такому добровольцу (см.п.17 Инструкции), ибо по тексту Инструкции речь может идти о праве отказаться от участия в проведении этой процедуры в любой момент. А как быть, если опрашиваемый пожелает воспользоваться юридической помощью, в том числе адвоката? Инструкцией это не предусмотрено. Более того, в п.25 указано, что при проведении ОИП в помещении присутствует специалист Комитета, опрашиваемое лицо, переводчик. Присутствие иных лиц допускается только с разрешения специалиста Комитета или приглашенного специалиста.

Как же быть со ст.62 Конституции Республики Беларусь, предусматривающей право граждан на юридическую помощь для осуществления и защиты прав и свобод, в том числе право пользоваться в любой момент помощью адвокатов и  других своих представителей в суде, иных государственных органах?

Инструкция вызывает еще один важный вопрос.

eef030abe23c3eef095ef0b046dac369Полиграф является прибором, который определяет лишь наличие реакции человека на тот или иной вопрос. Интерпретирует же эту реакцию физическое лицо – специалист. Это лицо, как и любое другое, может быть неквалифицированным, пристрастным, зависимым от руководства и т.д. Какой-либо возможности отвода такому специалисту Инструкцией прямо не предусмотрено.

Оспорить результаты опроса опрашиваемый не может. Нет в Инструкции и прямого закрепления права опрашиваемого лица знакомиться с результатами опроса: такая возможность определяется инициатором в каждом конкретном случае, исходя из интересов оперативной и служебной деятельности. То есть, критерии неопределенны и размыты, интересы опрашиваемых лиц вообще не учитываются. Если в результате ложности или неправильности выводов специалиста такой человек тем или иным образом пострадает, ему будет причинен материальный или моральный вред. Но обратиться по этой причине в суд он не сможет.

P.S. Точность полиграфа далека от стопроцентной: не исключены ошибки прибора и человека (специалиста). В связи с этим в некоторых странах его применение запрещено.

Тамара Сидоренко, юрист Центра правовой трансформации ”Lawtrend”