19.12.2012
daac37d0fa2f4537b087ee7f6762fb8d

Тараканы, мыши, курево и душ раз в неделю. На что еще жаловались “сидельцы” за Площадь-2010?

Центр правовой трансформации Lawtrend проанализировал, на что жаловались задержанные на Площади 19 декабря 2010 года люди, которые понесли административное наказание. Свои результаты они представили в книге “Административные задержания и судебные процессы. Анализ правоприменительной практики”. 

Всего, по данным правозащитников, было задержано 780 человек. Для исследования было проведено постинтервью с 350 административно задержанными.

После вынесения постановления суда об административном аресте задержанные были доставлены в два изолятора временного содержания (ИВС): ИВС города Жодино (ул. Сухоградская, 1), туда отправили 98 человек, из них 1 женщина; ИВС Минского района — 42 человека, из них 39 женщин, а также в Центр изоляции правонарушителей Минского городского исполнительного комитета — 109 человек, из них 1 женщина. 6 человек указали, что их переводили из одного места лишения свободы в другое.

1

2

Во всех описанных опрошенными местах лишения свободы была зафиксирована переполненность камер. Так, в ИВС города Жодино в отдельных случаях на одного человека приходилось менее 2 кв. м общей площади камеры. Например, в одной из камер при общей площади 18 кв. м был зафиксирован случай пребывания в течение длительного времени 12 человек одновременно. Также в ИВС г. Жодино была отмечена нехватка спальных мест.

Вот какие замечания от “сидельцев” ИВС в Жодино поступали правозащитникам: Камера № 1: “Содержалось 10–11 чел. 11-й спал на полу (свидетельства 5 анкетируемых). Искусственное освещение – лампа и ночник, ночник перегорел, и спать приходилось при свете лампы. Для чтения света хватало. Температура в камере была около 25 градусов, вентиляция через окно, воздуха хватало, конденсата на стенах не было”. Камера № 6: ”Содержалось 10 чел. (свидетельства 4 анкетируемых). Курили 8 из 10 заключенных”.

Камера № 12: ”Содержалось от 8 до 10 чел. (свидетельства 3 анкетируемых). Еда плохая. Есть горячая вода. Вентиляция не справляется с сигаретным дымом”. Камера № 19: “Содержалось 10 чел. (свидетельства 2 анкетируемых). Вентиляция плохая, окна открыть и закрыть было сложно, сотрудники на просьбы не реагировали. Многие курили, а некурящим было плохо”. Камера № 20: ”Содержалось от 4 до 8 чел. (свидетельства 5 анкетируемых). От плохого освещения портилось зрение. Иногда не хватало воздуха”.

Камера № 22:”Содержалось 4 чел. (свидетельства 2 анкетируемых). Как открывать и закрывать окно, охрана не объяснила”. Камера № 26. ”Содержалось 8 чел. (свидетельства 3 анкетируемых). Свет не выключался на ночь”. Камера № 29. ”Содержалось 8 чел. (свидетельства 5 анкетируемых). Окна не закрывались. Можно было простудиться на кроватях у окна. Спали в куртках”. Камера № 36. ”Содержалось 10–12 чел. (свидетельства 5 анкетируемых), камера была оборудована на 10 чел. Окно не пропускало дневной свет. Открывали окна самодельным приспособлением из газеты”.

А вот на что жаловались в ЦИП на Окрестина: Камера № 2: “Холодно, весь день болит го­лова от запаха ацетона и мочи. Свет горит круглые сутки. Спала, укрывшись одеждой, не было одеял”. Камера № 5: ”Содержались от 1 до 6 чел., мужская каме­ра. Только один большой настил в качестве кровати. Ни столов, ни скамеек”.

Камера № 9: ”Содержалось от 5 до 8 чел. Читать невозможно из-за тусклого освеще­ния. Холодно, на стене и потолке конденсат. Вентиляция плохая. При откры­той форточке — холодно, при закрытой — душно. Свет с улицы проникал че­рез обломок стекла. Охранники утверждали, что освещение в камере не для чтения, а для наблюдения за заключенными. Потолок в камере закопченный, с обвалившейся штукатуркой. Подтеки. Батарея текла. Стояло ведро, и был слышен стук капель. Было душно”.

“В одной из камер ИВС г. Жодино вместе с другими заключенными содержался человек, который вел себя неадекватно и бредил. По словам опрошенных, его поведение возобновлялось с определенной периодичностью и было похоже на приступы. Опрошенные заключенные из Центра изоляции правонарушителей Минска рассказывали, что они содержались совместно с другими заключенными, которые, по их словам, были больны туберкулезом и ветрянкой”, – говорится в исследовании.

В ИВС ГУВД Минского района “сидельцы” отмечали и другие особенности.

Камера № 6: ”Содержалось 2 чел., но несколько раз доселяли кого-то еще на пол, женская камера. Камера оборудована. Нет умывальника. Мыться надо над унитазом. Окно закрыто металлическим листом с дырочками”. Камера № 9: ”Спали в шапках. Те, кто разме­щался возле окна на нижней койке — спали по двое, чтобы согреться. В конце срока потеплело, но все равно было холодно, спали в нескольких кофтах, носках, штанах. Искусственное освещение плохое, после улицы слепли. Ку­рили. Дышать нечем. Батарею топили только пару часов в день. Дышать не­чем, когда в камере было по 13 чел. Некурящих в камере не было”.

Камера № 10: ”Содержалось от 9 до 13 чел., камера оборудо­вана на 8 чел., подсаживали и неполитических заключенных (свидетельства 9 анкетируемых). Сквозит из окна. Стены гряз­ные. От чтения в таких условиях болела голова. Туалет часто забивался, его не прочищали и не давали инвентарь для прочистки туалета. Горячую воду невозможно было допроситься. В течение двух дней в камере содержалось 13 чел., в остальное время — 12. Стены в черной саже и пыли. Дым сигарет долго не выветривался. Окна завешивали одеялом, чтобы из них не так сильно дуло. В камере осталось 8 чел. только после того, как заключенные объявили голо­довку. Выданные одеяла были очень тонкие и не согревали. Спали в одежде. Согреться смогли лишь под теми одеялами, которые передали родственники”.

Ситуация с содержанием заключенных в Центре изоляции правонарушителей, по словам опрошенных, была в целом менее печальной. 10 опрошенных респондентов указали на незначительную переполненность камер. Так, в одной из камер на 4 заключенных приходилось 3 оборудованных места для сна, т.е. один человек был вынужден ночевать на полу“, – отмечают правозащитники.

Питьевая вода не предоставлялась, а вкус еды вызывал отвращение

123 респондента, содержащихся в разных ИВС, указали, что питьевая вода им не предоставлялась в течение всего срока ареста. “Воду приходилось пить из крана, находящегося в самой камере. Большая часть опрошенных отмечает, что вода из-под крана была низкого качества и с сильным запахом хлора”.

116 респондентов во всех трех ИВС во время опроса жаловались на низкое качество приготовленной пищи. “Еда плохо пахла, имела несъедобный вид, а вкус еды вызывал отвращение. Опрошенные заявляют о фактах массового отказа от приема пищи. В некоторых случаях задержанные объявляли о начале голодовки. Такие факты описаны респондентами во всех трех изоляторах. 14 опрошенных рассказали о случаях расстройства желудка и отравлений среди арестованных”.

По свидетельствам опрошенных, температурный режим в камерах во всех описанных местах лишения свободы в относительной степени соблюдался, за исключением Центра изоляции правонарушителей. “47 респондентов указывали, что на протяжении всего времени пребывания в камерах было холодно и все время присутствовало ощущение наличия в камере сквозняка”.

В ИВС Минского района 43 опрошенных указали, что первые три дня вынуждены были спать в верхней одежде, поскольку температура в камере была очень низкой. “По словам одной из свидетельниц, температура в камере в течение первых 3 дней не поднималась выше 0 градусов”. 51 респондент, содержавшийся в ИВС г. Жодино, отметил хорошую отапливаемость камер; респонденты даже указывали на то, что в камерах было жарко. “Однако 3 опрошенных оценили температуру в своих камерах как холодную”.

Большая часть опрошенных указывает, что в камерах всех описываемых мест лишения свободы имелась в наличии система искусственной вентиляции, но многие указывали на ее плохую работу. В некоторых камерах во всех описываемых местах лишения свободы сами заключенные имели возможность открыть форточки для естественного проветривания, но такая возможность была не во всех камерах.

Душ – один раз в 5–7 дней. Высота перегородок, отделяющих туалет от остальной камеры, – не более метра

В своих анкетах опрошенные описывают, что они могли один раз в неделю принять душ. “Женщины-заключенные, содержащиеся в ИВС города Минска, отметили, что душ предоставлялся один раз в 5–7 дней. Заключенные ИВС г. Жодино указывали, что время, предоставляемое администрацией учреждения на принятие душа, было крайне непродолжительным. Опрошенные указывали, что это время составляло не более 3–4 минут на одного человека”.

Опрошенные из всех мест лишения свободы указали на наличие туалетов в камерах.

“В некоторых камерах ИВС г. Жодино туалетные места были оборудованы полноценными унитазами. Во всех же остальных случаях в ИВС г. Жодино и в ИВС и ЦИП на Окрестина полноценные унитазы не были оборудованы. Высота перегородок, отделяющих туалет от остальной камеры, составляла не более одного метра, что не позволяло заключенному, пользовавшемуся туалетом, чувствовать себя достаточно изолированным”.

Эта же причина вызывала у остальных заключенных, принимавших пищу во время нахождения заключенного в туалете, чувство дискомфорта, добавляют правозащитники. Подобные описания во время пользования туалетом в камере отмечаются в анкетах, заполненных заключенными: 21 респондент, отбывавший наказание в ИВС г. Минска, рассказал, что в их камерах отсутствовали раковины, а умываться и чистить зубы нужно было водой из-под крана, который расположен над туалетом. Это вызывало чувство отвращения, поскольку из туалета шел неприятный запах.

“Выдавали очень грязные матрасы, от которых исходил стойкий и резкий запах мочи”

“Заключенных, содержащихся в ИВС г. Жодино, за все время пребывания в камерах администрация учреждения ни разу не снабжала ни туалетной бумагой, ни гигиеническими средствами для поддержания чистоты”.

Очевидцы свидетельствуют, что во всех описываемых местах лишения свободы имелась проблема с наличием индивидуальных постельных принадлежностей. “Заключенным не выдавались или матрасы, или одеяло, или постельное белье. Зафиксированы случаи, когда заключенным не выдавалось ничего из вышеперечисленного”, – говорится в исследовании. Например, в ЦИП описаны случаи, когда выдавали очень грязные матрасы, от которых исходил стойкий и резкий запах мочи.

Многие из опрошенных заключенных, содержавшихся в ИВС г. Жодино, рассказали о наличии тараканов в камерах. А заключенные, содержавшиеся в Центре изоляции правонарушителей г. Минска, описывали наличие тараканов и даже мышей в отдельных камерах, хотя такие описания единичны. Меньше всего случаев наличия тараканов отмечено в ИВС в Минске.

“Большой проблемой, по мнению опрошенных, являлась реализация права заключенного на предоставление ежедневной прогулки. Все заключенные, содержащиеся в ЦИП, заявляют, что за все время содержания под стражей их ни разу не выводили на прогулку. Заключенные, содержавшиеся в ИВС г. Минска, утверждают, что ежедневные прогулки составляли не более 30 минут в день. А одна из опрошенных рассказала, что заключенных из их камеры не выводили на прогулку трое суток”. В изоляторе г. Жодино, по словам заключенных, ежедневные прогулки предоставлялись им раз в двое–трое суток. На это указывают 90% опрошенных.

“Для лечения любых болезней врачи использовали только активированный уголь и аспирин”

По мнению всех опрошенных, во всех исследуемых учреждениях заключенным предоставлялась медицинская помощь, но заключенные, содержащиеся в ИВС г. Жодино, отметили, что врач-терапевт мог появиться только на следующие сутки после обращения к работникам изолятора с жалобами на здоровье. “Почти все опрошенные, получившие медицинскую помощь, указывали, что для лечения любых болезней врачи использовали только активированный уголь и аспирин”.

Практически во всех местах заключения опрошенные указывали на серьезные проблемы с передачей продуктов питания, личных вещей и средств гигиены. Так, отмечено, что при плохом питании внутри учреждения администрация не позволяла родственникам передавать что-либо из продуктов питания, за исключением воды и соков. “Также были зафиксированы многочисленные факты пропажи части тех предметов, которые передавались в официальных посылках, передаваемых родственниками и близкими заключенных. На подобные факты указали заключенные Центра изоляции правонарушителей и ИВС г. Жодино. Заключенные ИВС г. Минска сообщили, что иногда передачи пропадали в полном объеме.

Автор: Екатерина Синюк / TUT.by